Фильм Разжимая кулаки

Преодолеть несвободу внутри себя: вышла в прокат снятая в Осетии лента "Разжимая кулаки"

165
(обновлено 11:06 28.09.2021)
В России вышла в прокат картина "Разжимая кулаки" Киры Коваленко – триумфатора Каннского фестиваля. Фильм, снятый на осетинском языке в горном поселке Мизур в Северной Осетии, рассказывает об отношениях внутри семьи, переживающей драму.

Главную роль сыграла выпускница актерского отделения факультета искусств СОГУ Милана Агузарова, также в фильме снимались Алик Караев, Хетаг Бибилов, Сослан Хугаев и Арсен Хетагуров.

Колумнист Sputnik Анна Кабисова сходила на премьеру фильма во Владикавказе и делится своими впечатлениями.

В каком-то смысле, "Разжимая кулаки" – это "Капитан Фантастик", если иметь в виду то, что отец семейства тоже прячет своих детей от несовершенства мира. Но в отличие от персонажа Вигго Мортенсена, герой Алика Караева считает гибельным не только общество потребления, но и образование: "Зачем ему школа, что он там узнает" – объясняет он вернувшемуся домой старшему сыну, почему младший не учится. И ничего не предлагает взамен.

В скромной квартире нет книг, есть только телевизор с местной, всегда актуальной программой, извещающей о кончине сограждан. Нет у осетинской семьи и простора леса, хоть и живут они высоко в горах в шахтерском поселке. Этот пейзаж с десятиэтажками, стиснутыми меж суровых скал, как метафора несвободы, и вдохновила режиссера картины, выпускницу знаменитой кавказской мастерской Александра Сокурова – Киру Коваленко, снимать в Мизуре свой второй полнометражный художественный фильм, получивший гран-при в программе "Особый взгляд" на фестивале в Каннах.

Фильм Разжимая кулаки
Режиссер Кира Коваленко на съемках фильма "Разжимая кулаки"

Почему отец троих детей, вдовец, лишает детей не только образования, но и прав на личное пространство, запирая дверь квартиры на ключ, доставляя дочь до места ее работы - в магазинчик неподалеку, и обратно, а паспорт и вовсе отбирая, – становится ясно ближе к середине фильма. И дело не только и не столько в том, что он следует патриархальной традиции Кавказа – держать в кулаке и строгости отпрысков. И не в собственном эгоизме, не позволяющем дать возможность уйти повзрослевшей дочери на свободу (выйти замуж или уехать учиться) – отсюда и "мальчишеский", лишенный какого-либо намека на женственность и сексуальность вид Ады с коротко стриженными волосами, мешковатой многослойной одеждой и просьбой отца вылить духи ("Для кого ты душишься? Я этого не хочу"). Дело в буквально парализующем страхе перед жизнью, перед тем, что есть за дверями квартиры, за подъездом многоэтажного дома, за горами там дальше.

Фильм Разжимая кулаки
Фильм "Разжимая кулаки"

Это что-то все время разлито в воздухе, оно не имеет определения и четкого образа – оно однажды обрушилось на его семью, лишив жизни мать его детей, изранив дочь, забрав здоровье у него самого и навсегда травмировав психическое здоровье всех членов семьи. И время тут не помощник, а горы не укрывают от беды. И школа детям не нужна не только потому, что там не дают знаний, а потому что там у детей однажды отняли жизнь. И чем сильнее отец смыкает объятия в страхе перед жизнью, тем сильнее желание детей разомкнуть их, и уйти – ведь все самое страшное уже было, смерть была совсем близко и отпустила, и теперь бояться нечего.

"Ты станешь целой" – рефреном проходит через весь фильм фраза, обещающая Аде, что необходимая ей операция сделает ее целой физически, но очевидно, что целой стать нужно и в духовном смысле – и не только ей, но отцу с братьями. Эта надломленность, собственная незавершенность и созависимость делает их любовь друг к другу такой болезненной, такой всепоглощающей и всепроникающей. Отсюда эта телесность фильма, язык объятий и прикосновений – чтобы чувствовать себя живым, нужно ощущать живого человека рядом, вновь и вновь убеждаться, что вот он, здесь, вот его теплые руки, его дыхание и сердцебиение. Необходимость, но и удушающие объятия этой любви, доведены в фильме до прямой, возможно слишком избыточной метафоры (руки отца, обнимающие дочь, парализуют) и Ада не может разомкнуть их в физическом смысле. Скорее всего, эта избыточность создана сознательно – самой Аде это помогает понять, что несвобода, искусственная, созданная отцом в попытке уберечь семью от жестокости мира, легко рушится, если преодолеть несвободу внутри себя.

Но в отличие от "Кулаков в кармане" Марко Беллоккьо, к которому картина Киры Коваленко явно делает отсылку (и не только в названии), "Разжимая кулаки" имеет не столь безжалостный финал.

165
Читка пьесы Ильи Анисимова В горах Дагестана

нас так не принято. Нас не поймут!" Осетинский режиссер о необычном проекте в Дагестане