Добыча нефти, архивное фото

Нефти предрекли будущее: Россию ждет большой риск и большие доходы

78
(обновлено 14:06 05.09.2020)
Прогнозы цен на нефть на ближайшее время сильно разнятся, среди факторов неопределенности — и вторая волна коронавируса. Напротив, для среднесрочных ценовых перспектив (два-четыре года) участники и наблюдатели нефтяного рынка демонстрируют единодушие

К примеру, недавно мы обсуждали прогноз Goldman Sachs, который предполагал, что вследствие текущего недоинвестирования мы в 2020-х еще увидим дефицит на рынке нефти.

Вскоре примерно те же выводы озвучила и компания Total, ожидающая постепенного восстановления цен — от 40 долларов за баррель в 2021 году до 60 долларов в 2023-м. От себя отметим, что, если отталкиваться от текущих котировок, даже такой прогноз выглядит достаточно консервативно.

Казалось бы, что неожиданного и интересного в этих прогнозах? Нефтяной сектор цикличен, падение спроса и цен выражается в снижении инвестиций, что в будущем отразится на предложении и приведет к удорожанию нефти. Однако указанные предположения о будущих ценах интересны потому, что текущий кризис все же отличается от предыдущих.

Во-первых, до сих пор у ряда наблюдателей сохраняется очень дискуссионное мнение, что мы вообще больше не увидим "доковидного" объема потребления нефти — из-за очень долгого восстановления спроса на фоне увеличения доли электромобилей, которые будут отъедать часть рынка.

Мнение это, повторимся, достаточно спорное и радикальное, но возврат к норме действительно не будет быстрым, плюс к тому за весну были накоплены значительные запасы нефти и существуют самоограничения ОПЕК+. И если на таком фоне прогнозируется рост цен на нефть, это определяется и тем, что добыча без поддерживающих инвестиций будет падать еще стремительнее.

Второе и главное. Общим местом упомянутых выше (и массы других) прогнозов является тот факт, что этот ценовой всплеск, условно говоря, середины — второй половины 2020-х будет последним. А дальше, после 2030 года, — прохождение "пика нефти" и постепенное затухание цен вследствие снижения спроса.

Но представим, что по этим причинам все компании вдруг отказались от новых инвестиций в нефть. Добыча очень быстро (лет за десять или быстрее) упадет кратно, и что тогда?

Поэтому вопрос не только в том, что спрос на нефть будет стагнировать или снижаться, но также и в том, кто будет обеспечивать этот пусть даже падающий спрос, который в любом случае останется значительным и сопоставимым с текущими объемами. И здесь мы подходим с самому интересному.

Некоторые западные (в первую очередь — европейские) нефтегазовые ТНК начинают заметно снижать инвестиции в нефть.

Наверное, наиболее ярким примером здесь стала компания BP. Ее новая стратегия, представленная в августе, предполагает резкое наращивание мощностей ВИЭ — в 20 (!) раз уже к 2030 году, с текущих 2,5 до 50 гигаватт. И главное — снижение добычи нефти и газа к 2040 году на 40 процентов. Не все компании имеют столь же агрессивную стратегию (а компании из США — так вообще пока ориентированы на нефтегаз), но доля инвестиций в ВИЭ у них будет быстро возрастать, а значит, снизятся вложения в традиционную энергетику. Ведь лишних денег при текущих ценах на нефть нет.

Причин такого поведения две. Во-первых, компании опасаются новых масштабных проектов со сроками окупаемости до 20 лет: вдруг к тому времени (а это уже 2040-е годы) эта нефть окажется не нужна.

Во-вторых, есть политические причины, связанные с эмиссией углекислого газа и переходом на зеленую энергетику. Европейские компании находятся под повышенным давлением политиков, регуляторов, общественного мнения, инвестиционного и банковского сообщества. По сумме этих причин им все сложнее инвестировать в ископаемые топлива, поэтому мы видим резкий переход в "зелень".

Но если часть добычных компаний сворачивается повышенными темпами, это означает, что образуется дополнительная ниша. При условии, что в отказе от инвестиций есть не только экономическая, но и "избыточная" политическая составляющая. Кем она будет занята? И что в других странах?

Мы видим, что нефтегазовые гиганты из США не спешат переходить к зеленой энергетике. Но последнее время все больше обсуждаются планы демократов (в случае прихода их к власти на президентских выборах) о запрете гидроразрыва пласта (важный этап сланцевой добычи), что приведет к резкому снижению добычи нефти в США.

Пока этот сценарий выглядит слишком невероятным — ведь в таком случае добыча сланцевой нефти упадет еще на четыре миллиона баррелей за три года (что при прочих равных условиях приведет и к глобальному подорожанию нефти). Тем не менее сценарии запрета на гидроразрыв рассчитываются уже на уровне самых профессиональных нефтегазовых аналитических агентств.

Но главный интерес — Азия. Здесь, конечно, по принципу "пусть цветут сто цветов", развиваются все виды энергоносителей, но особой озабоченности климатической повесткой не наблюдается.

Российские компании также в минимальной степени снижают обороты.

"Роснефть" запускает масштабный проект "Восток Ойл", а "Газпром нефть" по итогам первого полугодия даже нарастила капитальные затраты (но, правда, рассчитывает за счет второго полугодия получить запланированные итоговые цифры сокращения новых вложений на 20 процентов, все же реакция объемов инвестиций на падение нефтяных цен быть должна).

Какой подход окажется более верным? Прогнозы уважаемых организаций разнятся — от постепенного роста спроса после окончания истории с вирусом на традиционном уровне "один процент (или один миллион баррелей в день) ежегодно в ближайшие десять лет" до стагнирования на "доковидном" уровне.

Понятно, что одновременно с постепенным отказом от нефтедобычи западные страны синхронно будут и политическими, и экономическими способами внедрять и ускоренную электромобилизацию всего ЕС. С другой стороны, следует помнить, что вообще без инвестиций добыча нефти снижается в среднем на восемь процентов в год.

Подытожим. Возможны два пути. Либо спрос на добываемую нефть будет достаточным (в том числе из-за снижения нефтяной инвестиционной активности некоторых западных ТНК), и тогда российские компании получат преимущество — и за счет цен, и за счет сохранившихся или даже увеличившихся объемов добычи. Либо же он действительно в какой-то момент, скажем, после 2030 года, начнет схлопываться слишком быстрыми темпами.

Конечно, у российских компаний существует определенный запас прочности за счет достаточно высокого налогового бремени, который в случае развития в будущем самого негативного сценария может быть снижен. Но для новых проектов, где себестоимость добычи становится все выше, и уровень налоговой нагрузки снижается.

Таким образом, наши компании, конечно, отчасти рискуют, продолжая сохранять высокий уровень инвестиций. Но наградой за этот риск будут вероятные дополнительные доходы на более длительном промежутке времени — и для бюджета, и для самих компаний. В таком случае компании, по сути, отберут эти прибыли у западных коллег, побоявшихся (неважно, рисков или общественного мнения) вкладываться в нефтедобычу.

Одновременно нужно понимать, что в любом случае с каждым последующим годом риски инвестиций в новые добычные нефтяные проекты с длительными сроками окупаемости будут только возрастать, а оттого как минимум требовать все более тщательного анализа.

78
Президент РФ Владимир Путин и президент Франции Эммануэль Макрон

Вышел из доверия: зачем Макрон слил в прессу свой разговор с Путиным

21
(обновлено 15:04 27.09.2020)
Французский президент Макрон в отношениях с Владимиром Путиным пережил свой "момент Меркель", уверяет европейская пресса.

Имеется в виду разговор двух президентов, состоявшийся 14 сентября, — точнее, та его часть, что касалась странного отравления Алексея Навального. Детали разговора появились на этой неделе в газете Le Monde — но вначале надо напомнить, что такое "момент Меркель".

Второго марта 2014-го немецкий канцлер позвонила Владимиру Путину, чтобы обсудить с ним ситуацию, сложившуюся после переворота на Украине и в Крыму. Понятно, что Меркель не считала победу Майдана переворотом, — и ее очень беспокоила возможность того, что Россия вернет себе собравшийся к выходу из Незалежной Крым. Точно неизвестно, что сказал Путин (хотя можно предположить, что он высказал ей свое возмущение тем, что Европа не реагирует на киевский переворот), но после разговора с ним Меркель связалась с Бараком Обамой и рассказала американскому президенту, что "она сомневается в адекватном восприятии Путиным реальности" и вообще "Путин живет в другом мире". Эти подробности стали известны из публикации The New York Times — то есть утечка произошла из Белого дома. И хотя немецкие чиновники потом неофициально опровергали сообщение американской газеты, утверждая, что Меркель ничего подобного не говорила, в истории эта ее фраза сохранилась.

Для Запада "момент Меркель" — это столкновение с оторванным от реальности Путиным. Теперь, значит, пришла очередь Макрона: как пишет Libération, "Эммануэль Макрон пережил на прошлой неделе свой "момент Меркель", увидев Владимира Путина, который оторван от мира, укрылся в башне из слоновой кости и одурманен собственной пропагандой? Или же тот поднялся на новый уровень политического цинизма, открыто заявив, что ничто не истинно и все дозволено?"

Что же произошло? Дело в том, что, как и в 2014-м, случилась утечка содержания конфиденциального разговора, но если тогда речь шла о том, что сказала Меркель Обаме про Путина, то сейчас уже был пересказан разговор самого Путина. Содержание его беседы с Макроном каким-то образом стало известно Le Monde: речь шла о Белоруссии, Украине, Ливии. Но главной темой публикации стал Навальный.

По данным издания, Путин "пренебрежительно" высказывался о Навальном и назвал его "простым возмутителем спокойствия в интернете", который "совершал незаконные действия и использовал созданный им Фонд борьбы с коррупцией, чтобы шантажировать чиновников и депутатов". Путин якобы сказал Макрону, что Навальный ранее уже симулировал болезни и "мог сам принять яд" (причину он не уточнил), что "Новичок" — далеко не такое сложное вещество, как утверждается, и что его применение, в принципе, не подтверждено". А отсутствие официального следствия в России обосновал "нежеланием французских и немецких экспертов делиться информацией с российскими коллегами". Кроме того, "Путин также посчитал возможным рассмотрение других следов — например, ведущего в Латвию, где сейчас проживает изобретатель "Новичка". На самом деле, в разработке вещества принимали участие несколько советских ученых, и нахождение одного из них за границей не означает возможность его производства, тем более при отсутствии видимого мотива".

Путина в пересказе Le Monde много — а вот Макрона совсем мало: "Макрон подчеркнул, что "Новичок" не мог быть использован частной организацией и что ситуация требует официальных объяснений. <...> Эммануэль Макрон, в свою очередь, сразу же отмел "латвийский след" и принятие яда самим Навальным".

После публикации разгорелся скандал — как из-за ее содержания, так и из-за самого факта разглашения конфиденциального разговора. Проверить, что в изложении Le Monde правда, а что нет, невозможно. Кремль тут же отреагировал, сообщив, что "газета совсем не точна в переданных формулировках" и, самое главное, "вряд ли она могла быть точна, ведь это означало бы, что наши французские партнеры сознательно поделились со СМИ записью беседы двух президентов, что не соответствует дипломатической практике". Пресс-секретарь президента России даже перешел на недипломатический язык, добавив: "Мы не можем поверить в то, что Елисейский дворец сознательно, ну, по-русски говоря, слил в прессу запись беседы двух президентов. Ну это же Франция. Франция не может такого делать".

Увы, может. Хотя французский МИД позже заявил, что "любая утечка внутренних конфиденциальных документов недопустима" и по поводу публикации в Le Monde "проводится расследование", можно практически не сомневаться, что содержание разговора было слито именно из Елисейского дворца. Причем с большой вероятностью — по инициативе самого Макрона. Который буквально в тот же день, когда появилась публикация в Le Monde, выступая с заранее записанной речью на сессии Генассамблеи ООН, заявил, что Франция "не потерпит применения химического оружия — в Европе, в России и в Сирии", а Россия должна "полностью пролить свет на попытку убийства политического оппозиционера с применением нервно-паралитического вещества "Новичок". Причем сделать это "быстро и безупречно", так как французы будут "добиваться соблюдения установленных ими "красных линий".

Макрон атакует Путина — а через утечки еще и подрывает остатки доверия, существовавшие между ними. То есть действует точно так же, как Меркель, — в этом и есть настоящий "момент Меркель", только уже для Путина. Наш президент убедился в том, что с Макроном нельзя говорить откровенно, — точно так же, как в 2014-м он убедился в том, что Меркель и Обама не держат слово.

Шесть лет назад Путин неоднократно рассказывал о том, как западные лидеры просили его убедить Януковича подписать с лидерами Майдана соглашение о конституционной реформе и досрочных выборах, которое в итоге было подписано в присутствии представителей Германии, Франции и Польши. И нарушено уже через два дня, когда Верховная рада отстранила Януковича от власти, а Запад сделал вид, что никакого соглашения и не было и никакого переворота не произошло. То есть попытался навязать России свою реальность — в которой Украина будет подвергнута евроинтеграции и атлантизации. Русское представление о собственной истории и реальности, естественно, было другим — отсюда и Крым, и дальнейшая конфронтация с Западом. Реальность Меркель и реальность Путина различаются — как различается немецкий план по собиранию вокруг себе единой Европы и русский план реинтеграции постсоветского пространства, собирания вокруг российской территории исторической России, не говоря уже о Малороссии — Украине. Россия будет сама определять свое будущее — и сопротивляться попыткам увести ее западные земли под разговоры о "европейском выборе", "демократии" и "признании реальности".

Спустя шесть лет от России требуют покаяться за отравление Навального — причем с применением химического оружия. Но когда в ответ Москва требует показать данные экспертиз, на основании которых кричат о "Новичке", ее как будто не слышат — мы все уже установили без вас, ваше дело признать свою вину и покаяться. Так же было и с Украиной: нет никакого русского мира, даже Януковича нет, теперь есть Турчинов и Яценюк, они ведут Украину к евроинтеграции, сидите в своей Москве и не дергайтесь.

История с отравлением Навального используется для открытого давления на Россию и подрыва европейско-российских отношений — причем игра идет откровенно жульническая и наглая. При этом европейские лидеры жестко ограничены в своих публичных заявлениях — сомневаться в "Новичке" они уже не могут — ведь это же "доказано", да и "Путин всегда так делает". Конечно, Макрон, как и Меркель, не верит в причастность Путина к отравлению — но оба вполне допускают, что Навального пытались убить какие-то "добровольные помощники Кремля". Поэтому они хотят, чтобы Путин помог им спасти российско-европейские отношения — признав вину России, разобравшись и наказав виновных. Но виновных в чем? В применении химического оружия? Но это голословные обвинения Запада, не подтверждаемые российскими врачами. Именно поэтому Путин относится к истории с отравлением как к провокации — пусть пока что и непонятно, чьей именно. И рассказывает об этом Макрону — упоминая самые разные версии. То есть реальность Путина выглядит куда более реальной, чем "точно установленное наличие "Новичка" у Макрона. Применение химического оружия? Ну да, мы помним провокации в Сирии — когда о применении Асадом химического оружия трубили связанные с западными разведками "Белые каски", а потом выяснялось, что это организованные ими постановки.

Франция при Макроне претендует на лидирующую позицию в Европе — да и в отношениях с Россией молодой президент пытался выйти из атлантической ловушки. В мае 2017-го, спустя всего две недели после вступления в должность, он принимал Владимира Путина в Версале — да и потом неоднократно говорил о том, как важны для Европы отношения с Россией, призывал к их развитию. "Необходим диалог, многое можно изменить, если есть воля", — это слова Макрона. Насчет наличия у Эммануэля воли в Кремле и раньше были сомнения, но даже диалог возможен только при факте хотя бы минимального доверия — а сливая в прессу свой разговор с Путиным, Макрон уничтожает и то, что от него осталось. Непорядочно? Да, но главное — очень недальновидно.

Источник: РИА Новости

21
Выступление президента Дональда Трампа на праздновании Дня независимости в Национальном мемориале на горе Рашмор (3 июля 2020). Кейстоун, Южная Дакота

Смерть открыла США дорогу к победе Трампа или к гражданской войне

64
(обновлено 15:17 26.09.2020)
Шансы Дональда Трампа на второй президентский срок радикально выросли из-за смерти одной из судей Верховного суда США.

Это не конспирологическая теория, а сухой политический факт, который подчеркивает демонтаж той эффективной системы управления США, которая способствовала превращению Америки в мирового гегемона.

Дело в том, что американская система работала с помощью двух контуров ограничений, которые не давали крайне разнородным группам американской политической и экономической элиты вцепиться друг другу в горло и организовать повтор гражданской войны второй половины XIX века, и вот сейчас оба этих контура — конституционный и неформальный — разваливаются прямо на глазах.

Чтобы прийти к этому выводу, достаточно задать простой вопрос: а это, вообще, нормально, что результаты выборов президента, по большому счету, зависят не от народного волеизъявления, а от жизни или политической позиции конкретного судьи? Очевидный ответ — нет, но именно это сейчас в США и происходит, причем ни одна из конфликтующих политических групп не готова признать ненормальность ситуации и ее тяжелые последствия.

BBC сообщает: "Президент Дональд Трамп заявил, что назначит нового судью Верховного суда на следующей неделе. Рут Гинзбург, занимавшая этот пост, скончалась в возрасте 87 лет всего за шесть недель до президентских выборов. Соперник Трампа демократ Джо Байден настаивает, чтобы столь важное решение принималось уже после выборов".

Причина конфликта заключается в том, что обе партии просчитывают предвыборную ситуацию на несколько ходов вперед и ожидают, что она будет развиваться следующим образом: в ночь выборов после подсчета голосов, поданных в день голосования, у Дональда Трампа будет просто астрономический результат и колоссальное преимущество перед Джо Байденом.

Однако в силу того, что Демократическая партия продавила под предлогом эпидемии использование массового голосования по почте, в течение примерно недели избиратели Трампа в ужасе (а избиратели Байдена — с надеждой) будут наблюдать за тем, как лидерство Трампа тает на глазах и в конце концов победителем окажется Байден. Демократы (и это, скорее всего, будет неправдой) будут списывать этот "чудесный" феномен на то, что избиратели-демократы, заботящиеся о собственной безопасности от коронавируса, в основном голосовали по почте.

Республиканцы будут указывать на то, что, скорее всего (и это, вероятно, ближе к реальности), местные власти в штатах, которые контролируют демократы и "оперативники" Демократической партии, просто напечатают нужное количество "почтовых бюллетеней" за Байдена и проведут их вброс при полной поддержке Почтовой службы США, что будет выглядеть особенно убедительно на фоне того, что профсоюз сотрудников почты официально поддержал Байдена.

Именно на этот сценарий намекает Трамп и генеральный прокурор Барр, когда они говорят о гигантских потенциальных нарушениях, которые произойдут во время почтового голосования. Важная особенность нынешней ситуации заключается в том, что сторонников обеих партий никоим образом не волнует честность выборов: эпоха, когда сама идея, что честные выборы (то есть правильное функционирование системы) важнее победы конкретной партии, завершилась еще в 2016 году.

В условиях, в которых и Трамп, и Байден не признают результаты выборов в том случае, если они их не устроят, борьба за президентское кресло неизбежно перейдет в судебную плоскость: в каждом конкретном штате будет несколько (или даже несколько десятков) судебных процессов, на которых республиканцы будут обвинять демократов в вбросах, фальшивых бюллетенях, нежелании учитывать голоса трампистов и так далее.

Местные суды каждого штата, которые заполнены в основном политическими активистами, будут принимать решения в соответствии с "партийной дисциплиной", а проигравшая сторона - подавать апелляции. Практически неизбежным образом все эти иски будут решаться в Верховном суде США.

Собственно, прецедент выборов президента, судьбу которых решил Верховный суд, уже есть. В 2000 году, когда результаты выборов зависели исключительно от пересчета голосов в штате Флорида, именно Верховный суд принял решение по иску, который фактически сделал Джорджа Буша президентом США.

Сейчас уровень радикализации общества выше, взаимная ненависть зашкаливает, первые убийства политических оппонентов зафиксированы, не говоря уже о том, что в 2000 году никто не посылал в Белый дом в адрес президента конверты с рицином — мощным ядовитым веществом.

До смерти судьи Гинзбург (ярого представителя наиболее левого крыла демократического истеблишмента) очень вероятным исходом было решение Верхового суда в пользу Байдена. Несмотря на то, что с формальной точки зрения из девяти судей четверо являлись демократами, а пятеро — сторонниками республиканцев, председатель Верховного суда и формальный "консерватор" Робертс в последнее время голосовал в пользу любых антитрамповских решений.

С учетом того, что судьи наиболее влиятельного органа американской судебной власти уже давно голосуют почти исключительно "в соответствии с политической целесообразностью", а не "по закону", у Байдена получался почти гарантированный перевес со счетом 5:4. Со смертью судьи Гинзбург у Трампа открылась возможность протащить через сенат (согласие конгресса не требуется) кандидатуру максимально лояльного к нему судьи и обеспечить уже себе необходимое большинство.

До недавнего времени в американской политике действовал целый набор негласных джентльменских соглашений, которые запрещали проводить такие манипуляции незадолго до выборов, и считалось "правильным" дать возможность новому президенту назначить своего судью после выборов, но сейчас никакие "джентльменские правила" не работают. И дело тут не в каком-то особом цинизме Трампа: просто в США идет полноценная внутриэлитная гражданская война без каких-либо правил.

За штабом Трампа в 2016 году шпионили спецслужбы, выполняющие политический заказ администрации Обамы. Против действующего президента старались провести путч под видом импичмента, построенного на очевидно фейковых обвинениях, и это далеко не полный список "нарушений правил", которые состоялись за последние годы, — и без учета того, что организация мятежей и погромов с человеческими жертвами (а именно это произошло летом) тоже не является нормальным элементом цивилизованной политической борьбы.

Если у Трампа все-таки получится протащить своего судью через сенат (в котором некоторые сторонники "глубинного государства" уже заявили о нежелании голосовать за его кандидатуру), то его шансы на победу вырастут самым решительным образом.

В этом сценарии у "глубинного государства" останется только три способа вернуть себе Белый дом: организовать массированное предательство внутри самой команды Трампа (например, через шантаж судей, сотрудников избирательного штаба и так далее), чтобы дело о выборах до Верховного суда просто не дошло; найти дополнительных предателей среди судей Верховного суда; наконец, просто объявить суд нелегитимным и пойти на полноценный вооруженный путч — с перспективой настоящей гражданской войны.

В первых двух вариантах шансы на сохранение какой-то призрачной легитимности политической системы в глазах собственного населения и внешнего мира еще будут, а в случае гражданской войны — уже вряд ли. Но независимо от сценария, который воплотится в жизнь, никакой цивилизованной политики и конструктивного взаимодействия внутри американской политической элиты уже не будет.

Для всего мира — это хорошие новости. Не зря в древней книге, на который клянутся американские президенты, фигурирует точное политологическое наблюдение: "всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит".

64

Минобороны Армении выставило новые кадры уничтожения азербайджанской техники. Видео

0
(обновлено 15:55 27.09.2020)
Опубликованы новые кадры уничтожения азербайджанской техники в Карабахе. Их предоставило министерство обороны Армении.

Рано утром 27 сентября Азербайджан начал интенсивный артобстрел населенных пунктов в Карабахе, в том числе и Степанакерта, перейдя в наступление вдоль всей линии соприкосновения. К настоящему моменту известно о потере противником двух вертолетов, трех танков и 14 беспилотников. У противника также потери в живой силе.
С обращением к народу уже выступил президент Нагорного Карабаха Араик Арутюнян. Президент заверил – вооруженные силы твердо стоят на своих позициях, а ответ на агрессию будет соразмерным.

0