Учения ВМС США Large Scale Exercise 2021: хватит ли сил на Черное море?

75
(обновлено 10:20 05.08.2021)
Военно-морских сил США совершенно недостаточно для полного контроля над Мировым океаном, не говоря уже об "устрашении" главных противников в Европе и Азии на море – ВМФ России и ВМС Китая – силами 36 кораблей и трех дивизий морской пехоты.

Соединенные Штаты 3 августа начали крупнейшие за последние 40 лет учения ВМС Large Scale Exercise 2021, которые охватывают пять военно-морских объединений (оперативных флотов), три соединения Корпуса морской пехоты США и 17 часовых поясов. Задействованы 25 тысяч военнослужащих. Маневры продлятся до 16 августа.

По информации издания Stars and Stripes, мероприятия Large Scale Exercise 2021 (LSE) – первые в 21 веке корабельные и десантные учения американского флота, сопоставимые по масштабу с маневрами ВМС НАТО Ocean Venture 1981 года. В планах – отработка морских сражений на большом пространстве, поиск "противника" в океане, его обнаружение и уничтожение, включая условное применение ядерного оружия. Это возвращение к стандартам холодной войны, демонстрация "решимости и новых возможностей", сигнал России и Китаю о том, что Америка может одновременно воевать на нескольких фронтах. Точнее – "решать проблемы в Черном море, восточной части Средиземного моря, Южно-Китайском море и Восточно-Китайском море, сводя на нет усилия по ослаблению американских вооруженных сил".

В ходе LSE 2021 американские ВМС должны продемонстрировать гибкость разнообразных морских (DMO), экспедиционных (EABO) и прибрежных операций в оспариваемой среде (LOCE), а также готовность к ведению боевых действий высокого уровня. Предполагается, что американские моряки (и морские пехотинцы, которые ранее получили пинка в Афганистане) готовы сражаться с высокотехнологичным противником, противостоять ударам высокоточного оружия.

Американские стратеги считают, что можно "сокрушить изощренного противника" под единым командованием одновременными высокоточными ударами "из всех областей одновременно, включая воздух, сушу, море, космос и кибернетику". Обновленная концепция совместных боевых действий ВМС, вроде бы, учитывает и "спорную логистику" (уязвимость транспортных коммуникаций), с которой США не сталкивались со времен Второй мировой войны. С интересом понаблюдаем за воплощением замыслов и планов.

Легенды и реальность

Командующий 6-м флотом США вице-адмирал Джин Блэк ранее заявил: "LSE проверит наших командиров по всему спектру военно-морских операций от тактических до стратегических, интегрируя корпус морской пехоты, чтобы продемонстрировать способность флота проводить скоординированные операции от открытого океана до побережья".

И все же, у специалистов вызывает большие сомнения возможность американского флота силами 36 кораблей и трех соединений морской пехоты доминировать одновременно в Черном, Средиземном, Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, не говоря уже о Мировом океане в целом. По темпам, цифрам и качеству развития ВМС США отстают от потенциальных противников. "Голливудские" возможности американских авианосных ударных групп нивелируются противодействием авиации, субмарин, противокорабельных береговых ракетных комплексов и столь же эффективных средств ПВО-ПРО.

По данным западных аналитиков, военные флоты Китая и России имеют абсолютное количественное превосходство на море – 1380 кораблей и судов против 490 американских. Американские ВМС по количеству кораблей занимают лишь четвертое место в мире (490 единиц) – после военных флотов КНР (777 единиц), РФ (603 единицы) и КНДР (492 единицы).

По информации Пентагона, в составе ВМС находится 297 боевых кораблей, а у Китая – 335 надводных. Как бы то ни было, разница значительна. Если рассматривать суммарный тоннаж ВМС США, все не так плохо, но с учетом гиперзвукового высокоточного ракетного оружия, могущественных торпед, дальнобойных систем ПВО-ПРО России и Китая, американские авианосцы и ракетные эсминцы представляются легкими целями для гарантированного поражения. Напомню, гиперзвуковых ракет Пентагон не имеет.

Маневры LSE 2021 охватывают только ВМС США, но союзники и партнеры могут быть включены в будущие версии. Вероятно, "закрытость" американских маневров объясняется работой над ошибками, которые были допущены Пентагоном во время секретной стратегической игры (моделирования) в октябре 2020 года. По мнению заместителя председателя Объединенного комитета начальников штабов генерала Джона Хайтена, осенняя игра "с треском провалилась", когда условный противник захватил инициативу в информационном пространстве, "отключил облако". Пентагон оказался не готов к действиям в децентрализованной среде. А высокотехнологичные вооруженные конфликты будущего удобной среды не обещают.

Путь в будущее

Начальник управления военно-морских операций ВМС США адмирал Майкл Гилдей вчера заявил, что маневры Large Scale Exercise 2021 позволят поэкспериментировать с концепциями ведения боевых действий, извлечь уроки на долгие годы. Интересен алгоритм подготовки к будущим битвам: "Концепция ведения войны станет основой всего, что мы покупаем, во что инвестируем, и она будет информировать о том, как нам сражаться".

Командующий Тихоокеанским флотом ВМС США адмирал Кристофер Грейди намерен в ходе учений LSE 2021 "развивать искусство и науку военно-морской войны", оценить экспериментальные технологии, использование объединенной боевой мощи нескольких военно-морских объединений – данных, оружия и платформ в спорных средах по всему миру.

Председатель Объединенного комитета начальников штабов генерал Марк Милли 2 августа заявил, что для подготовки к войне (которая неизбежна в силу исторической цикличности) Соединенные Штаты должны в ближайшие 10 лет освоить полсотни новых технологий, включая беспилотники с искусственным интеллектом.

На мой военно-морской взгляд, количество слов и пафос американских стратегов уводят в сторону от реальности глобального конфликта. Эксперименты и концепции явно преобладают над эффективностью боевых тренировок "на авиакрыле и подводных лодках, надводных кораблях и в киберподразделениях".

Американский Центр стратегических и международных исследований (CSIS) ранее определил главные причины поражения в Афганистане: "Не хватает знания военной истории, существуют серьезные проблемы со стратегическим мышлением". Также упомянуты неспособность "связывать поставленные цели с требующимися усилиями", стремление создать "плацдарм против России, Китая и Ирана", "гордыня, обусловленная статусом сверхдержавы, обладающей военным превосходством". Вывод: военачальники и гражданские чиновники США "трагическим образом заблуждались".

Мне кажется, эта история повторяется в Мировом океане. Планы глобальных учений ВМС США Large Scale Exercise 2021 не учитывают реальности гибкого противодействия вероятного противника – с высокоточным ракетным оружием (не говоря уже о термоядерном). Кому-то кажется, что при виде американской авианосной ударной группы на горизонте все российские или китайские "туземцы на джонках" должны оцепенеть от страха и немедленно сдаться этой громаде концепций и инвестиций. Однако июньская бомбардировка по курсу британского эсминца-нарушителя российской границы вблизи Крыма показала, что будет с "доминированием" и "проецированием мощи" ВМС США "в спорной среде" в случае пересечения "красной черты" в Черном море.

Аналогичным образом смелых экспериментаторов Пентагона могут встретить в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях – ВМС НОАК анонсировали проведение ряда учений, в том числе со своими авианосными группами.

Подписывайтесь на канал военного обозревателя Александра Хроленко в Telegram

75
Подготовка к совещанию председателей верховных судов государств-членов ШОС

Россия и Китай изменили Азию и Америка начала ее терять

10
(обновлено 13:35 16.09.2021)
Азией и азиатскими проблемами должны заниматься сами азиаты — в том числе и Россия как великая евразийская держава, замечает колумнист РИА Новости Петр Акопов.

Внешние силы не имеют права вмешиваться в дела континента, а все спорные вопросы государства региона будут решать между собой, препятствуя попыткам сыграть на противоречиях или даже стравить их, пишет автор.

Именно в этом и состоит главная цель организации, созданной 20 лет назад и проводящей сейчас в Душанбе свой саммит: Шанхайской организации сотрудничества. Нынешний саммит ШОС должен был стать первой очной встречей глав государств за два года — но карантинные ограничения привели к тому, что он пройдет в смешанном формате: большая часть гостей соберется в Душанбе, а Владимир Путин, Си Цзиньпин и Нарендра Моди будут участвовать по видеосвязи.

Но значение саммита от этого не уменьшится: не говоря уже о том, что в Душанбе прилетели Николай Патрушев, Сергей Лавров и Сергей Шойгу, саммит уже точно станет одним из важнейших за всю историю объединения.

После ухода Штатов из Афганистана заканчивается эпоха прямого внешнего вмешательства в дела региона — и именно ШОС становится полностью ответственным за его безопасность. Это отвечает интересам всех его участников — потому что афганская тема (и вопрос иностранного военного присутствия в регионе) оставалась одной из важнейших для организации все годы ее существования.

Нет, ШОС не создавался для реакции на американское вторжение: он возник еще в июне 2001-го, хотя на самом деле берет свое начало в 1996-м году, когда в том же городе была создана "Шанхайская пятерка" в составе Китая, России, Казахстана, Таджикистана и Киргизии. В 2001-м "Пятерка" расширились до "Шестерки" (приняв Узбекистан) и оформила свои отношения в виде договора — и за последующие годы привлекала все больший интерес других держав. Но русско-китайский альянс не торопился с расширением: несколько государств получили статус наблюдателей, другие стали "партнерами по диалогу".

И только в середине десятых годов, когда напряжение в отношениях Востока и Запада стало переходить к прямой конфронтации, ШОС стал расширяться: в 2015 был дан старт приему в полноценные члены Индии и Пакистана, и через два года "Шестерка" превратилась в "Восьмерку". А сейчас станет превращаться в "Девятку": начнется процедура приема Ирана (для его нового президента Ибрагима Раиси душанбинский саммит вообще станет международным дебютом).

Нет сомнений, что со временем ШОС станет "Десяткой" — включив в себя Афганистан.

Однако сейчас эта страна вообще никак не будет представлена на саммите в Душанбе: проамериканское правительство пало, а новое, талибское (которое и они сами называют временным, состоящее в том числе из представителей движения Талибан*), пока еще не признано странами ШОС. Но практически наверняка уже в ближайшем будущем новые кабульские власти получат признание большинства соседей (а все они, кроме Туркменистана, входят в ШОС) — и именно ШОС сыграет большую роль как в выработке политики в отношении Афганистана, так и в диалоге новых афганских властей с внешним миром.

Со временем Афганистан, сейчас являющий наблюдателем в ШОС, может — и должен — стать его полноценным членом. Ведь исчезло главное препятствие на пути к этому — иностранная оккупация. А отказ от угроз безопасности соседям уже неоднократно продекларирован талибами — так что теперь важно убедиться в том, что в самом Афганистане не возобновится гражданская война. И не только убедиться — но и не дать внешним силам разжечь ее. На афганскую смуту могут делать ставку только игроки с Запада — потому что никто из соседей Афганистана не заинтересован в возобновлении там междоусобицы. Напротив, практически все они будут помогать восстанавливать страну, рассчитывая как на выгодные контракты, так и на укрепление своих позиций.

Да, эти позиции и интересы часто несхожи, а порой и противоположны (как у Пакистана и Индии на афганском направлении) — но для их согласования и нахождения компромисса как раз и нужна ШОС. Хотя организация и не является военным блоком, ее вполне можно назвать геополитическим альянсом — причем уже не центральноазиатским, а паназиатским. Со вступлением Ирана организация простирается от границ Арабского мира до Дальнего Востока, занимая две трети Азии и объединяя практически половину населения Земли.

Во всей Азии остаются два важных региона, не входящих в ШОС, но примыкающих к ней: это Арабский мир (распространяющийся и на Северную Африку) и Юго-Восточная Азия, объединенная в АСЕАН. Но и с ними ШОС выстраивает отношения: на статус наблюдателя претендуют, среди прочих, Вьетнам и целый ряд арабских государств: Сирия, Египет, Катар и Саудовская Аравия. Трем последним на саммите в Душанбе будет для начала предоставлен статус партнера по диалогу — им, кстати, уже обладает такая важнейшая азиатская страна, как Турция.

Понятно, что при расширении количества участников есть риск превратится в азиатское подобие ОБСЕ, то есть в формальную, ничего не решающую организацию. Но в том и дело, что ШОС не стремится ни к территориальной экспансии, ни к превращению в НАТО, то есть в военный альянс (имеющий к тому же в реальности глобальные цели). ШОС — формат геополитического диалога суверенных держав, нацеленный на согласование интересов и решение конфликтов в Азии силами азиатских стран.

Как бы ни были велики противоречия между его отдельными участниками, практически всегда можно найти если не взаимовыго