Город Цхинвал улица

Нацелена в будущее: эксперты о Южной Осетии через 10 лет после войны

429
(обновлено 11:28 08.08.2018)
Южная Осетия и Абхазия через десять лет после "пятидневной войны" - такую тему обсудили участники видеомоста, связавшего Цхинвал, Сухум и Москву

ЦХИНВАЛ, 7 авг — Sputnik, Диана Козаева. Российские эксперты, журналисты из Южной Осетии и Абхазии в ходе круглого стола в пресс-центре Sputnik обсудили некоторые итоги "пятидневной войны" в августе 2008 года, а также рассмотрели возможность повторения силовых действий со стороны Грузии и уроки, извлеченные из событий десятилетней давности.

Война 2008 года не была экспромтом

По мнению доцента кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ Сергея Маркедонова, разговор о событиях августа 2008 года назрел и перезрел, потому что в российской медийной среде эти события потеряли свое самостоятельное значение.

"Их, с одной стороны, воспринимают, как нечто спонтанное, что привело к изменению ситуации на Южном Кавказе, а Россия внезапно вмешалась в это дело и что-то поменяла. С другой стороны есть представление, что война 2008 года — это исключительно прелюдия к тому, что произошло в Крыму и на Донбассе в 2014-ом. Что не совсем так, потому что каждый конфликт имеет свою самостоятельную логику. И мне кажется, что вернуть событиям 2008 года их самостоятельное значение — чрезвычайно важно", — считает политолог.

Он отметил, что произошедшее десять лет назад не было экспромтом, а конфликт развивался задолго до 2008 года. Эксперт считает, что события в 2008 году многое изменили, "с другой стороны, мало что поменялось". Маркедонов признал, что Москва пошла на признание двух кавказских республик и создала, тем самым, важный прецедент. В то же время он напомнил, что до этого почти полтора десятилетия Южная Осетия и Абхазия существовали в режиме непризнанных государств, пытались выстраивать внутреннюю и внешнюю политику, проводили выборы, у них была своя повестка, и все это время грузинская сторона пыталась этот конфликт разморозить.

"То же самое касается и последующих событий на Украине, которые произошли не потому, что кто-то что-то сделал в 2008 году на Кавказе, а потому, что определенные уроки и действия не были должным образом изучены. И украинская ситуация имела свою логику и предпосылки", — сказал Маркедонов.

Он считает, что в 2008 году, впервые с момента развала СССР, Москва четко показала, что есть определенные красные линии, которые она не просто обозначила, но дала понять, что готова действовать для их удержания. По мнению политолога, это очень важный момент, поскольку сам факт признания бывших автономных образований ломал статус-кво, который сложился в 1991 году во время "Беловежских соглашений", и создавал новые реалии.

"Это показало, что большой процесс распада СССР не может быть в соответствии с теми границами, которые установлены в советское время. Этот процесс продолжается, потому что его основное содержание — это формирование новых государств на обломках некогда единой страны. В рамках этого процесса мы живем, и события 2008 года это показали. Они показали очень четко, что новые независимые государства многосоставны, и если о разных элементах этой мозаики не заботиться, могут возникать конфликты и неизбежно какое-то внешнее вмешательство. В любом конфликте есть элемент внешнего вмешательства, здесь Россия ничего не открыла. Потому что если у соседей полыхает, это влияет и на тебя самого. Эти моменты стоит обсуждать и уходить от ненужных и искусственных обобщений, и тогда наш анализ будет более адекватный", — заключил Маркедонов.

Если все время сдавать, то ничего не наладится

Старший научный сотрудник центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Николай Силаев уверен, что было бы ошибкой считать, что в августе 2008 года было два игрока или один игрок. По его мнению, в действительности игроков было много и главный урок, который следует извлечь из этих событий, заключается в том, что "бывают ситуации, когда разные политические тенденции соединяются в войну".

"Несет ли Запад ответственность за то, что произошло десять лет назад. И да, и нет. Да, потому что триумфалистский взгляд на исход холодной войны и развитие ситуации на постсоветском пространстве, на то, что произошло в 90-х, — был иллюзией, которая толкала западных политиков к неверным решениям. С другой стороны, есть много свидетельств того, что, несмотря на это, ключевые акторы Запада не были готовы к тому, как развивались события", — пояснил эксперт.

В то же время, он считает, что и на Западе были игроки, заинтересованные именно в таком развитии событий, которые подталкивали ситуацию к тому, во что она вылилась. К обострению конфликта, продолжил он, привели в том числе неверные оценки таких политиков по поводу того, какие шаги Россия может предпринять в случае войны, и безусловная на уровне дипломатической риторики поддержка Тбилиси в их крайне рискованных действиях.

"Следует вывод, что ни один из мировых центров не может управлять такими ситуациями в одиночку. И если мы говорим о провале попытки глобального управления миром Западом, то десять лет назад мы увидели один из ярких примеров такого провала", — отметил Силаев.

Еще один момент, который, по его словам, не оценивают ни в Грузии, ни в Вашингтоне, ни в Брюсселе — это в какой степени российская дипломатия была ориентирована на компромисс.

Эксперт напомнил, что даже после завершения боевых действий и начала поиска нового порядка, сутью первоначального предложения России не было признание независимости Южной Осетии и Абхазии, а определение их международного статуса, попытка выработать компромисс, который бы учитывал интересы вовлеченных сторон.

Силаев считает, что и в Грузии, и на Западе до сих пор убеждены, что с Россией ни о чем договариваться не нужно, а просто подождать, пока она рухнет. Он уверен, что "именно это нежелание признавать интересы России, жителей Южной Осетии и Абхазии длит все еще неопределенную ситуацию, которую мы наблюдаем сейчас".

"По-видимому, здесь тоже не должно быть иллюзий. Даже в России мы слышим, что нужно еще в чем-то уступить, что-то сдать и тогда все наладится. Я думаю, что один из уроков августа 2008 года заключается как раз в том, что если сдавать, то ничего не наладится. Установка на компромисс хороша, но она чего-то стоит только в том случае, если есть достаточные политические и иные ресурсы, силы, чтобы отстоять собственную позицию", — добавил он.

Пропало сознание "осажденной крепости"

Член экспертного совета министерства по делам национальностей Северной Осетии Игорь Дулаев выразил мнение, что когда речь идет о результатах войны августа 2008 года, надо сказать, что тогда были даны ответы на вызовы, которые стояли перед югоосетинским и абхазским обществами, начиная с 1989 года.

По его словам, вопросы безопасности гражданского населения, развития этнической культуры сейчас решаются в республиках уже в другом контексте, и перед народами стоят уже другие вызовы, прежде всего, национального строительства.

"Обе республики, наверное, впервые в своей современной истории строят демократические государства, и эти процессы не проходят бесконфликтно. Есть моменты в Южной Осетии и Абхазии, которые говорят о том, что есть разные точки зрения, и они могут приводить к внутренним конфликтам, например, так называемая "снежная революция" в 2011 году или кризис 2014 года в Абхазии. Но, тем не менее, эти кризисы преодолеваются и общество идет дальше", — отметил он.

Дулаев предположил, что за десять лет государства постарались решить вопросы экономики, при этом у Абхазии это получилось чуть лучше, а в Южной Осетии — пока хуже.

"Но самое главное, что из сознания граждан исчез синдром "осажденной крепости", общества нацелены в будущее", — сказал он.

Дулаев затронул и взаимоотношения республик с Грузией, отметив, что если абхазы еще могут о чем-то разговаривать с грузинами, то отношения Грузии с Южной Осетией достаточно сложные.

К разговору экспертов присоединились и журналисты, собравшиеся в пресс-центрах Sputnik в Абхазии и Южной Осетии. Эксперты поделились своим мнением о дальнейшем политическом и экономическом развитии двух республик, о том, какие перспективы открываются перед ними после признания независимости и стоит ли ожидать нормализации отношений и признания со стороны Грузии.

В последнем вопросе эксперты сошлись в едином мнении, что пока никаких предпосылок для этого нет.

429
Комментарии
Загрузка...