Батраз Харебов

Батраз Харебов: в Южной Осетии Сварцевич оставил о себе добрую память

93
(обновлено 19:39 02.07.2018)
Ветеран югоосетинской журналистики поделился воспоминаниями о старом друге и известном военном журналисте, работавшим в Южной Осетии в начале 1990-х годов

Диана Козаева

Председатель Союза журналистов Южной Осетии Батраз Харебов хочет организовать в республике выставку известного российского фотографа и военного обозревателя Владимира Сварцевича.

Во время войны с Грузией в начале 90-х годов прошлого века Сварцевич долгое время работал в Южной Осетии. За три довольно продолжительные командировки он сделал сотни фотографий, многие из них впоследствии были представлены на выставках.

Летом 2016 года Сварцевич привез свои фотографии на выставку молодых художников во Владикавказе. Батраз Харебов хотел предложить старому другу организовать в Цхинвале выставку своих снимков, но тогда встретиться не получилось.

"Спустя много лет после его командировок в Южную Осетию совершенно неожиданно у меня появилась возможность еще раз с ним увидеться. Я был во Владикавказе в день, когда там должен был состояться съезд молодых художников, и узнал, что туда приезжает Сварцевич со своими работами. Я очень обрадовался, бросил все свои дела и поехал в Центральную библиотеку, но дождаться его там не смог, поскольку мне надо было срочно возвращаться в Цхинвал. Решил, что потом с ним созвонюсь", — рассказал Харебов.

Главе Союза югоосетинских журналистов хотелось не просто поприветствовать коллегу, а предложить ему привезти свою выставку в Цхинвал.

"Я думаю, он бы с удовольствием согласился", — уверен Харебов.

По его словам, во время беседы с коллегой — директором североосетинской телекомпании Тимуром Кусовым, тот сказал, что Сварцевич обязательно еще приедет во Владикавказ, они все вместе предметно обговорят все планы. Но в сентябре прошлого года известного фотокорреспондента не стало.

"Но у меня все-таки есть надежда, что у его наследников остались фотографии. Думаю, как человек, довольно основательный, он перенес эти фотографии на цифру, и мы могли бы их использовать и провести его выставку. Или издать фотоальбом. Уже без него, но что поделать", — отметил Харебов.

По его словам, у него самого хранился большой блок фотографий Сварцевича, из которых можно было бы сделать если не выставку, то хотя бы сделать памятный стенд, но они сгорели в 2008 году.

Батраз Харебов поделился со Sputnik и воспоминаниями о работе с известным журналистом. Он напомнил, что в то время Южную Осетию посетило около 1400 журналистов из 50 стран мира, но большинство из них приезжали на один день, поскольку в республике не было гостиниц, им негде было останавливаться, не было транспорта.

"Надо отметить, что в отличие от войны в августе 2008 года, когда пошла полная дезинформация, из всей этой массы журналистов, пожалуй, только один или два кое-что переврали в своих материалах. Это были журналисты из бывшего соцлагеря. А западные журналисты ценили свое имя и писали правду", — заметил Харебов.

Он рассказал, что Владимир Сварцевич запомнился именно тем, что работал в Южной Осетии достаточно долго. Он трижды приезжал в Цхинвал, и пробыл здесь около двух месяцев, и эта его основательная работа оставила о себе добрую память и живые воспоминания.

"Он тогда еще не писал, занимался чисто фотографией, и уже был довольно известным журналистом, работал в самой читаемой газете "Известия". Когда мы познакомились, он приехал с двумя молодыми парнями из газет второго ряда, которые только учились, и им было очень интересно работать с Володей. А он себя и вел как учитель, наставник", — вспоминает Харебов.

В то время, по его словам, было очень много добровольных помощников — кто-то помогал с жильем, кто-то приносил еду, некоторые помогали транспортом. Глава Союза журналистов рассказал случай, когда у одного из российских корреспондентов — Андрея Островского, который тоже долгое время работал в Южной Осетии, зимой развалилась обувь. Сразу же нашелся человек, который принес совершенно новые меховые сапоги, которые Андрей с радостью сразу же одел.

Сварцевич и его коллеги жили в доме на улице Пушкина, хозяйка которого не только предоставила им комнаты, а на время вообще ушла к своим родственникам.

"Каждое утро за чашкой кофе мы составляли план на день. Кофе он привез с собой из Москвы, потому что без него работать не мог. А в маленькую чашку клал пять-шесть ложек сахара. Когда я его спросил, как такое можно пить, он отмахнулся и сказал, что мы ничего в этом не понимаем. Их все время тянуло куда-то на передний край, я пытался объяснить, что это опасно и не стоит соваться, а им казалось, что это всего лишь пришел-щелкнул-ушел. Снайперы как раз по камерам и стреляли. А по вечерам мы устраивали разбор полетов", — рассказал Харебов о совместной работе с фотографом.

Он вспомнил еще один случай, когда они вместе побывали на похоронах бойца в Знаурском районе. Харебов решил отвезти туда своего коллегу, "чтобы он увидел и такой момент нашей жизни".

"Мы приехали, и Володю очень удивило, что столы накрывают для такого количества людей. Вдруг он увидел очередь к столу и спросил, что это. Я объяснил, что люди сдают деньги в качестве вспомоществования семье усопшего. После чего он тоже встал в очередь, и когда она до него дошла, достал из кармана 100 долларов и отдал. Ребята долго смотрели на эту бумажку, потом подходят ко мне, спрашивают, что с этим делать. Я сказал, так и запишите "Владимир Сварцевич — 100 долларов", — рассказал Харебов.

После этого они еще раз встретились, уже в Москве. Там должен был состояться съезд Верховного совета СССР и поднимался югоосетинский вопрос. Было предложено напечатать специальный выпуск югоосетинской газеты и отправить туда людей, чтобы раздать всем депутатам.

Во Владикавказе Харебов встретился с бывшим секретарем рескома Сергеем Таболовым. Тот попросил его связаться со Сварцевичем, которому он заказал кое-какие работы, и привезти их.

"Я ему позвонил, пришел в его громадную мастерскую, и мы полдня там работали, он отпечатал огромных размеров фотографии, почти как баннеры, которые висят на улицах. Кое-как мы их сложили, это была неподъемная тяжесть даже для бригады грузчиков. Надо было их для начала куда-то вынести из мастерской, а ближе всего жила наш композитор Жанна Плиева, я ей позвонил, попросил складировать у нее на время. Она согласилась. Когда мы все это затащили в ее однокомнатную квартиру, там двинуться было невозможно. На второй день я собрал там почти всю нашу диаспору и сказал: "ничего не знаю, везите меня на вокзал". Эти рулоны, коробки, свертки погрузили на несколько машин и посадили меня в поезд, а во Владикавказе меня уже встречал Таболов. Он очень обрадовался, когда увидел фотографии, самые большие он оставил у себя и сразу же организовал выставку. Кое-что перепало и мне. Часть из них я отдал героям фотографий — учителя, врачи, дети, бойцы. И выставку мы тоже сделали", — рассказал председатель Союза журналистов.

Владимир Сварцевич — известный фоторепортер, сотрудничал с ТАСС, "Известиями", Reuters, "Комсомольской правдой". Более 20 лет проработал в ИД "Аргументы и факты". Побывал практически во всех зонах боевых действий, а из двух сотен служебных командировок половина была в "горячие точки".

Последней боевой командировкой Владимира Сварцевича стал теракт в Беслане.

"После Беслана я повесил на гвоздь свой фотоаппарат. Я просто "выгорел" тогда", — признался он потом в материале, который посвятил погибшему в Беслане другу Герою России, подполковнику группы спецназа "Вымпел" ФСБ России Олегу Ильину.

93
Комментарии
Загрузка...